Z:gnu-www-ja-stallman-kth--c63767-But gradually things got worse/ru

Но постепенно становилось всё хуже и хуже, просто природа принципов, на которых была построена система, вынуждала людей требовать всё больше и больше безопасности. До тех пор, пока я наконец не был вынужден прекратить пользоваться машиной, потому что я отказывался хранить пароль в секрете. С тех пор, как пароли появились в Лаборатории ИИ MIT, я пришёл к заключению, что для того, чтобы следовать своему убеждению о том, что паролей не должно быть, нужно, чтобы у меня всегда был самый очевидный из возможных паролей, и мне следует всем рассказывать, какой это пароль. Из-за того, что я не верю, что на компьютере безопасность на самом деле желательна, я не должен добровольно помогать поддерживать режим безопасности. В системах, которые допускают это, я задаю &ldquo;пустой пароль&rdquo;, а в системах, где это запрещено или где это значит, что ты не можешь войти туда из других мест, или ещё что-нибудь, я задаю своё имя пользователя в качестве пароля. Это один из самых очевидных среди возможных паролей. А когда мне указывают на то, что таким образом люди могли бы войти в систему под моим именем, я говорю: &ldquo;Да, в том-то и мысль, что кому-то может быть необходимо получить какие-то данные с этой машины. Я хочу гарантировать, что безопасность их не отошъёт&rdquo;.